Обычная версия сайта
Размер шрифта: A A A
Цветовая схема: # # #
г. Самара, ул. Максима Горького, д.65/67 rectorat@sgspu.ru,
Версия для слабовидящих

О жизни и деятельности Константина Андреевича Малыгина

10 Декабря 2015

В начале декабря в ПГСГА состоялась международная заочная научно-практическая конференция «Математическое образование: прошлое, настоящее и будущее», посвящённая 100-летию со дня рождения декана физико-математического факультета КГПИ, доцента кафедры алгебры и методики математики Константина Андреевича Малыгина.

Заглавной статьёй сборника научных трудов конференции стали материалы о жизни и деятельности Константина Андреевича, подготовленные его дочерью Ларисой Константиновной Айдаровой: 

1.jpg

КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ

Константин Андреевич Малыгин (17.08.1916г. – 1.11.2003г.) родился в селе Ивань Малоархангельского района Орловской области в семье крестьянина. Отец погиб в 1918г. На руках у матери осталось пятеро детей. Несмотря на трудности, окончил в 1933г. семилетнюю школу, а в 1938г. – Орловский пединститут. В 1938–39г.г. работал учителем математики и физики в Брянской области. В январе 1940г. призван в армию. С июля 1941г. до конца войны находился в действующей армии, пройдя путь от младшего сержанта-радиста до капитана, заместителя начальника связи артиллерийской бригады. Боевой путь можно проследить по наградам: «За оборону Москвы», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина». Всего награжден тремя боевыми орденами (Отечественной войны 1-й и 2-й степени и Красной звезды) и пятью боевыми медалями. Уже после войны к этим наградам добавились ещё орден и семь юбилейных медалей. Сохранилась его фотография у стен рейхстага.

В 1947–1958г.г. преподавал математику в Куйбышевском Суворовском военном училище. Уволился из армии в звании майора и был приглашен на кафедру алгебры и методики математики физмата Куйбышевского пединститута. В 1966г. защитил кандидатскую диссертацию. С 1966 по 1975г.г. был заместителем декана, а затем деканом физико-математического факультета.

К.А. Малыгин – автор многих рассказов, очерков и методических статей, опубликованных в местной и центральной печати, повести «Золотой дурман» (альманах «Волга», Куйбышев, 1965), а также книг:

- «Борьба в оковах» – повесть. Куйбышев, 1960,1964.

- «Элементы историзма в преподавании математики в средней школе» – пособие для учителей. Москва, 1958, 1963.

- «О славе не думали» – очерки о студентах и сотрудниках института, участвовавших в Великой Отечественной войне. Самара, 1989, 2005.

1.jpg

МОЯ УЧЕБА (из воспоминаний К.А. Малыгина)

Школы в деревне из 120 дворов не было, сгорела. Грамоте учил сын местного помещика, инвалид, в своей хате. Учил две зимы. С весны до осени мы пасли коров. В 1927 году в деревне открыли начальную школу. Учителя не было. Сельский поп отрекся от сана и стал учителем в школе.

В 1929г. в деревне стали создавать колхоз. Мужики бастовали. Ушли из деревни и мои братья. Народ не принял колхоз, не ходил на работу. Весной 1930 года взрослых рабочих рук не было, а лошадей было более 100 голов. Стали пасти четыре парнишки-школьника, в том числе и я. Поля были не засеяны. Задача мальчишек была не допустить лошадей до огородов – последней надежды народа не умереть с голода.

Осенью 1930 года я пошел в школу-семилетку нашего районного центра в 17 км от деревни. Летом 1931 и 1932 годов мы также пасли лошадей, но теперь их было уже значительно меньше. Деревенские мужики постепенно включались в работу в колхозе. В 1933г. я поступил в Орловский индустриальный техникум. Условия были такие: общежитие, карточки на 400гр. хлеба в сутки, один талон в столовую на обед. Стипендии не было. В столовой варили картошку с луком – это суп. Мы голодали. Учёба на втором месте. Главное для 17-летнего парня – поесть. От г. Орла до моей станции было 73 км. Денег на билет не было, ездил зайцем в пассажирском или товарном поезде. От станции до дома 35 км. Десятки раз прошел я эти 35 км с грузом продуктов из дома и не знал, что эти походы укрепят мои ноги и спасут меня во время войны, когда в 1941–42гг. приходилось делать переходы в 30–40 км с полной военной выправкой.

В январе 1934г. узнал, что рядом с техникумом, где я учился, есть пединститут (тогда я плохо представлял, что это такое). Открылось подготовительное отделение, где были райские, на мой взгляд, условия: 400гр. хлеба в день, 45 рублей стипендия и три(!) талона в столовую в день. Пошёл туда. Принимали только тех, кто имел образование 9 классов. А у меня только 7. Мне сказали, что взять меня не могут. Но у института были трудности с общежитием. Он арендовал у техникума три комнаты для своих курсантов, в том числе и ту комнату, в которой я жил. К январю 1934 года половина первокурсников в техникуме прервала учебу. Я ушел из техникума и стал ходить на занятия на рабфак. В семилетке я отлично учился по математике, физике, истории и литературе. Эти же предметы были главными на рабфаке. Ребята, что поселились в моей комнате, были не все хорошо подготовлены даже за семилетку. Я решал задачи, писал шпаргалки – помогал учиться. А они за это меня кормили. Кроме того, два раза в месяц я ездил к матери за картошкой и пшеном. Так прошло два месяца. В апреле 1934 года меня зачислили на рабфак. Я получил несметные богатства: хлебную карточку, 45 рублей стипендии и 3 талона в столовую, где кормили неплохо по моим тогдашним понятиям. Так я оказался в пединституте.

ПОД МОСКВОЮ В СОРОК ПЕРВОМ

(отрывки из очерка К.А. Малыгина «Не славы ради»)

Задолго до рассвета второго октября сорок первого года слева от нас загрохотало, зарево – в полнеба. Об обстановке на фронте солдат знает не больше, чем видит и слышит. Это уж потом узнал я, что началось генеральное наступление фашистских войск на Москву, к которому они тщательно готовились.

...Только к вечеру четвертого октября мы узнали, что танки с черными крестами уже километрах в сорока позади нас.

В ночь на пятое октября без артиллерийской подготовки фашистские танки на нашем участке пошли в наступление. Очень скоро они оказались в расположении наших окопов.

И тогда мы побежали.

Как ни горько об этом вспоминать, так было. И не вспомнить этого нельзя, хотя и случилось такое единственный раз. Это позже мы научились отсекать вражескую пехоту и уничтожать её.

В кинофильме «Живые и мертвые» есть подобный эпизод. Там танки давят бегущих солдат, а один солдат в бессильной ярости хватает большой камень и кидает его в стальное чудовище. Сцена отснята очень правдиво.

В молодости я очень много ходил, хорошую физическую закалку получил и за полтора года армейской службы до войны. Это и спасло меня в ту ночь. В ботинках с обмотками, шинели, пилотке, противогаз через плечо, винтовка в руках, вещмешок и радиостанция за спиною с разгона прыгнул в противотанковый ров, каким-то образом выбрался на другую сторону и тут почувствовал: цел. Жив! А значит, снова можно в строй.

Деревня Усохи уже горела. Она шла одной улицей вдоль рва, а за огородами на опушке леса были наши батареи. Отсюда при свете фар и зареве пожара хорошо была видна трагедия на поляне.

Танки уперлись в ров, стали разворачиваться и искать проходы. Подоспевшие сапёры противника начали наводить переправу. Наши батареи открыли огонь по танкам прямой наводкой. Стрельба, крики, грохот – ад! Самолёты со свастикой налетели. Бомбы кидали на вспышки орудий, лес кишел людьми, и каждая бомба кого-то поражала. До рассвета мы ещё держались. Радиосвязь тут была не нужна, и я подносил снаряды. Работал со злостью и радостью: бьём! Вон они, костры танковые!

С рассветом бомбёжка повторилась. Зенитной артиллерии поблизости не было, и юнкерсы за полчаса, без помех расправились с нашими батареями.

Измученный, опустошенный, я вылез из окопчика, отрешенно посмотрел по сторонам. Кругом трупы, изуродованные орудия, вздыбленная земля, гарь, стоны. Взвалил на спину радиостанцию и соображал, что делать.

Откуда-то взялся незнакомый командир и спросил, исправна ли радиостанция. Я осмотрел – нет пробоин. Включил – работает. Командир дал мне листок с позывными и попросил связаться. Через пару минут над нашими головами зашуршали снаряды дальнобойной.

Фашисты торопились вперёд, и к той поре на поляне было полно танков, автомашин, повозок, мотоциклов. Наступавшие остановились позавтракать. Опасаться им было нечего: наша авиация не появлялась, а артиллерию они уничтожили. И вдруг артналёт. В воздух полетели каски, колеса, оружие, котелки. Откуда взялись силы! Я орал до хрипоты, будто громкость моего голоса могла повлиять на точность стрельбы.

Через много лет узнал я из книг, что тогда на нас наступала 4-я танковая армия Гудериана. Ну, подбили мы десяток-другой танков, уничтожили полсотни автомашин, фашистов сколько-то накрошили, а остальные-то целы остались. Армия же, не полк, не дивизия. Они обошли нас и теперь торопились на восток, чтобы охватить Москву танковыми клещами. Но двигались они вперед не так победно, как им мечталось. В жестоких, изматывающих врага, боях отходили наши войска, и даже потерявшие управление солдаты из частей, разбитых в кровопролитных боях, подобные нам, бились, как могли.

Попытка взять Москву с ходу немцам не удалась.

Безымянный.jpg

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОТЦЕ

Суворовское училище

После окончания института в 1938 году Константин Андреевич всего полтора года проработал в школе и был призван в армию. Потом война. В 1947 году он, отказавшись от карьеры кадрового военного, добился направления в Куйбышевское Суворовское военное училище.

Суворовские военные училища были созданы в 1943 году по образцу дореволюционных кадетских корпусов: воспитательной работой занимались командиры рот и офицеры-воспитатели, а учителя – только преподаванием с нагрузкой 12 или 18 часов в неделю. Но по каждому предмету были еще старшие преподаватели с нагрузкой 6 часов в неделю, в обязанности которых входила методическая работа с учителями. Если старший преподаватель после посещения урока видел проблемы в работе учителя, он направлял более опытного коллегу на помощь. И вот 45 минут урок, а потом 45 минут разбор: «Здесь неточная формулировка, здесь между третьим и четвёртым упражнением надо было вставить ещё два, чтобы сложность нарастала постепенно, здесь потерял десять секунд, пока ученик вышел к доске, а тот сильный на третьей парте закончил раньше всех и три минуты бездельничал. Попробуй исправить, через два дня ещё приду». Через две-три недели такой «корректировки» старший преподаватель посещал урок, и хороший отзыв сдавал в учебную часть. И такая работа шла со всеми и постоянно. Через двадцать лет я на третьем курсе попала к Константину Андреевичу на педпрактику, и он разбирал мои первые уроки. Более профессиональной методической помощи я за свою жизнь не получала.

Я слышала от старых учителей, что в мужских школах работать было намного тяжелее, чем в женских, а позже и в смешанных. А суворовские училища, по сути, были военизированными детскими домами для мальчишек-сирот. Конечно, капитан Малыгин «свирепствовал»: требовал абсолютной дисциплины, снижал оценки даже за грамматические ошибки, «гонял» по формулировкам и формулам, и в первые годы у него было заслуженное прозвище «Дядя Кол». В девяностых годах после его очередного инфаркта нам звонили суворовцы из разных городов: «Как там Дядя Кол?»

Но у Константина Андреевича был ещё один козырь: «Если будете хорошо работать весь урок, последние пять минут рассказываю что-нибудь из истории математики». А рассказчик он был замечательный. Эти рассказы переросли в статьи в журнале «Математика в школе», а в 1958 году и в книгу «Элементы историзма в преподавании математики в средней школе», – первую в стране книгу для учителя по этой теме, где материал был расположен по темам и урокам.

Кроме уроков, преподаватели ежедневно присутствовали на самоподготовке суворовцев (т.е. при выполнении домашних заданий), где можно было с самым слабым учеником выучить теорему, а на следующий день в классе спросить его и поставить заслуженную тройку.

Вот так, мытьём и катаньем, кнутом и пряником вкладывали в каждого систему знаний. Это был действительно «всеобуч» (было такое словечко в 50-х годах). А в результате ребята сдавали на «5» экзамены в академии через девять лет после окончания училища без всякой подготовки.

Безымянный.jpg

Физмат

За годы работы в суворовском училище сложились взгляды Константина Андреевича на преподавание математики. Я бы эти взгляды сформулировала так:

1. Математика описывает мир с помощью языка символов. Но путь к пониманию этого языка лежит через образ, эмоции и слово, а значит необходимо:

- максимум наглядности;

- яркие рассказы по теме «вокруг учебника» об истории науки, её приложениях в практике и технике; занимательные задачи;

- и, самое главное, – постоянное внимание к развитию речи, работа над формулировками, доказательствами теорем и формул.

2. Научить этому можно и нужно всех.

Вот с этими взглядами он и пришел в КГПИ, после увольнения из армии в 1958г., на кафедру Бредихина Б.М. преподавать методику и историю математики. Он руководил педпрактикой, хорошо знал учителей города, среди которых особенно ценил Викторию Самсоновну Исаханову, работавшую в то время в школе № 63. На факультете оборудовал школьный кабинет математики, используя в основном её идеи. Руководил курсовыми и дипломными работами, посвящёнными созданию системы наглядных пособий, вёл курс «Изготовление наглядных пособий». Много лет вместе с Грекуловой А.Г. вёл группу творческих учителей математики при ГорОНО.

Лекции по истории математики читал не только в институте, но и в СИПКРО. В 1969г. издал «Хронологию по истории школьного курса математики», которая вместе с «Элементами историзма...» была удобным подспорьем для учителя при подготовке к урокам.

В 1975г. известный специалист по арабской математике Б.А. Розенфельд попросил Константина Андреевича снять фотокопию с математической рукописи на арабском языке, которая хранилась в нашей областной библиотеке. Отец несколько дней возил эту рукопись по городу в своей машине, пока нашёл в одном из НИИ нужную аппаратуру. Оказалось: 12-й век! Несколько страниц ранее не были известны науке. В столицу рукопись перевозили под вооружённой охраной.

Кроме этого была работа в деканате. Он всегда с удовольствием возился с людьми: вытаскивал заочников на сессии через директоров школ и заведующих РОНО, разруливал межконфессиональные конфликты, когда студенту-татарину мать не разрешала жениться на русской. Ещё один студент влюбился до потери головы, практически бросил учёбу. После разговоров с деканом родители согласились на свадьбу, парень уехал учительствовать в деревню, а институт заканчивал заочно. В результате получился хороший директор сельской школы.

Литература и писательство

Он всегда много читал, особенно в голодном 33-м и после войны. В Польше в 44-м на развалинах какого-то имения нашел томик стихов Надсона, выучил, в 85 лет читал эти стихи. Во фронтовом блокноте, рядом с адресами родственников подчинённых (чтобы знать, куда писать похоронку), – цитаты из Загоскина. В 1946г. в Дрездене купил книгу «Очерки по истории математики».

В 12 лет Костик Малыгин писал заметки в «Пионерскую правду» и мечтал увидеть свою фамилию на обложке книжки. Потом писал во все многотиражки, которые встречались по жизни.

В 1949г. тяжело заболел тифом. В этом же году в Хабаровске проходил судебный процесс над бывшими японскими военнослужащими, обвиняемыми в подготовке и применении бактериологического оружия. По материалам этого процесса написал книгу «Борьба в оковах», для чего пришлось познакомиться с бактериологией. Повесть была популярна в городе, её два раза издавали (мечта двенадцатилетнего Костика осуществилась). Константина Андреевича часто приглашали на творческие вечера в школы, техникумы, библиотеки.

Потом вышла повесть «Золотой дурман», основанная на реальных событиях их деревни, намного более зрелая в литературном отношении.

Работая в институте, писал в местные газеты, в т.ч. очерки о преподавателях института. Качество их не всегда дотягивало до уровня профессиональной журналистики, но когда десять лет назад начали собирать историю физмата, оказалось, что о некоторых преподавателях материалы сохранились только в статьях Малыгина.

В 1980-х годах совместно с группой «Поиск» выяснил судьбы 380 преподавателей, сотрудников и студентов КГПИ, ушедших на фронты финской и Великой Отечественной войн. В 1986г. в студенческом городке на ул. Антонова-Овсеенко воздвигнута памятная стела с именами всех погибших и пропавших без вести. В 1989г. была издана, а в 2005г., уже после его смерти, была переиздана книга «О славе не думали» о ветеранах войны, здравствующих и ушедших.

Безымянный.jpg

Семья

Безымянный.jpg

Они познакомились в 1936г. На сентябрь 1941г., после его возвращения из армии, была назначена свадьба. Поженились только после войны, в 1946г. Защитив с отличием диплом ленинградского фарминститута и отказавшись от аспирантуры, она уехала к нему в Германию.

«Каждый мужчина своим успехом обязан какой-то женщине». Мама была такой женщиной: вытаскивала его из всех болячек и инфарктов, воспитывала детей, вела дом. Риторический вопрос моей школьной подружки: «Стал ли дядя Костя тем, кем он стал, если бы не тетя Аня»?

Любил внуков. Играл, рассказывал сказки, чинил машинки и велосипеды, по дороге на дачу в машине разучивал с трёхлетними военные песни, учил считать (дети в пять лет делили девять конфет на четверых в уме). Позже учил водить и чинить машину. Старшему внуку на свадьбу подарил рубанок, который его отец купил в 1916 году, когда начал строить дом, со словами «Теперь ты строй свой».

Последние годы жизни

До 75 лет он водил машину, хотя и с трудом, реакция была уже не та. В 76 лет резко ухудшилось зрение, осталось 3%. Он держался. От библиотеки слепых, где в то время только и можно было найти аудиокниги, отказался: «Я не инвалид». Когда нам некогда было отвезти его, ездил один на дачу, а это автобусом до Красного Яра, а там – 8км на попутных и 2км пешком. Для тренировки памяти перемножал в уме трёхзначные числа, вспоминал доказательства школьных теорем. И писал, готовя к переизданию книгу «О славе не думали».

В последние годы много болел. В октябре 2003г. лежал в больнице, 30 октября позвонил нам: «А знаете, я уже на третий этаж поднялся! Скоро домой, надо тренироваться!». Первого ноября его не стало.

Седьмого ноября звонок из Москвы от суворовцев, радостный голос: «Ну что, получил наш подарок, книгу по истории суворовских училищ?» – «Нет, Володя, не успел. Его больше нет». Ему было 87 лет.

ВОСПОМИНАНИЯ УЧЕНИКОВ

Воспоминания Беляевой Г.К.

Неумолимо бегут годы и, к сожалению, уходят дорогие близкие нам люди. Уходят из института, с работы, из жизни…

Но всё равно они остаются в нашей памяти и в наших сердцах.

Я окончила родной физмат КГПИ в 1964 году – более полувека назад. У нас были прекрасные преподаватели – легенды физмата. Уже с 1-го курса читали лекции Степан Павлович Пулькин, Борис Максимович Бредихин и Виктор Филиппович Волкодавов. Александр Степанович Дьячков, Виктор Анатольевич Кондаков, Антонина Григорьевна Грекулова, Ольга Михайловна Бландова, Абрам Ильич Сандлер, Алла Васильевна Ширяева были нашими учителями и наставниками.

Но особо в этом ряду – Малыгин Константин Андреевич. Он был любимым куратором нашей студенческой группы. Молодой (хоть и воевал и дошёл до Берлина), обаятельный, добрый и требовательный одновременно, – он был нашим кумиром. Человек редкой души, деликатности и отзывчивости – с ним можно было делиться самым сокровенным и получить помощь и советом, и делом. Он был для нас примером и как педагог, и как личность, достойная подражания.

На физмате очень большое внимание уделялось методике преподавания учебных дисциплин и практической работе. Поэтому, кроме основной учёбы, я занималась в кружке по изготовлению и применению наглядных пособий к урокам математики из самых разных материалов. Руководил кружком Константин Андреевич. Полученные у него навыки я активно использую и теперь. До сих пор самыми эффективными и удобными в применении на занятиях для меня являются пособия, сделанные своими руками. Эти умения я передаю своим ученикам. Это как благодарная эстафета от Константина Андреевича – в Будущее.

На 4-м курсе я писала курсовую работу тоже под руководством Константина Андреевича: «Элементы историзма на уроках алгебры в средней школе».

Как же мне пригодилась эта работа! В 1964 году мы, – четыре выпускницы физмата, при распределении получили направление в Африку, в Гану. Я – в среднюю школу города Одумаси племени кробо. Языком сначала владела на уровне институтской программы. Местных традиций и обычаев не знала. Волновалась очень. И тогда моя курсовая помогла мне с первых же занятий сделать уроки интересными.

Я очень благодарна судьбе, что в моей жизни был такой Учитель – Малыгин Константин Андреевич.

Соловьева (Беляева) Галина Кирилловна, 25.11.2015.

Подготовила Лариса Константиновна Айдарова, дочь К.А. Малыгина, выпускница Самарского физмата

ФМФИ

ТЕГИ

iВолга абитуриентам анонс антикоррупция археология аспирантура бассейн вебинар видео волонтеры волонтеры СГСПУ выпускники выставка газета грант день открытых дверей день памяти День победы ЕГФ заседание методической секции зоомузей ИКТ в образовании иностранные языки иностранцы в академии иностранцы в университете интервью история итальянские сезоны ИФ кафедра иностранных языков КДО конкурс Конкурс на замещение вакантной должности конференция концерт культмасс магистратура мастер-класс международный отдел международный студенческий обмен методический семинар монография музей истории наука наши преподаватели объявление олимпиада отчет партнеры патент праздник практика презентация профком профком студентов психологи психология работодатели расписание вступительных экзаменов в аспирантуру расписание кандидатских экзаменов русский язык по средам СГСПУ семинар СМИ сотрудникам спорт Спортивный клуб страницы истории академии студенты студенческая журналистика студенческое телевидение телевидение тотальный диктант трудоустройство УВСР УМС фестиваль ФИТМК ФИЯ ФКИ ФКиИ ФМФИ ФНО ФПСО ФСО ФФ ФФКиС ФЭУС школьники ярмарка вакансий
Ноябрь 2018
ПнВтСрЧтПтСбВс
2930311234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293012

КОРПОРАТИВНАЯ ПОЧТА:

МЫ В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ

Официальные сайты государственных органов

mo.jpg moinso.jpg prokuratura_samarskoy_oblasti.jpg
подняться наверх